В настоящее время позиция ЕС относительно правового регулирования электронного документооборота предусматривает развитие единообразных законов в странах региона с весьма разными правовыми системами и традициями

В настоящее время позиция ЕС относительно правового регулирования электронного документооборота предусматривает развитие единообразных законов в странах региона с весьма разными правовыми системами и традициями. При этом цель Европейского Сообщества состоит не в создании единообразного законодательного порядка, а в содействии торговле, развитию инвестиционной деятельности и свободы передвижения граждан. Поэтому, несмотря на гармонизацию законодательства в определенной степени, она служит лишь одним из средств достижения главной цели, и уж никак не является самой целью. Наиболее важным законодательным инструментом, используемым ЕС для придания законной силы своим решениям, является Директивы. В них содержится обязательный результат, который страны-члены должны достигнуть в течение указанного срока, но формы и методы достижения результата оставлены на их рассмотрение. В сфере электронного документооборота существует две Директивы: Директива об электронной коммерции 2000 г. (ДЭК), которую следовало реализовать в рамках в национального законодательства стран-членов ЕС до 17 февраля 2002 г., и Директива об электронных подписях 1999 года (ДЭП), срок ввода действия которой - 19 июля 2001 г. ДЭК устанавливает общие основы для развития электронной коммерции. Статья 9 Директивы требует от государств придания законной силы договорам в электронной форме, устранения создания барьеров в их использовании и запрещает отрицание их юридической силы исключительно на основании электронной формы. Обязательства и выгоды, вытекающие из ДЭК, действительны только в пределах ЕС. ДЭП является более детализированной и устанавливает основы для юридического признания электронных подписей и требования к стрнам-членам в области их сертификации. Статья 5 устанавливает, что "электронные подписи, основанные на квалифицированном сертификате и созданные с помощью защищенного средства" эквивалентны собственноручным подписям. Однако в дальнейшем в статье указано, что электронная подпись не может быть лишена юридической силы исключительно на том основании, что она создана без использования квалифицированного сертификата или защищенного средства. Несмотря на наличие таких определений, текст Директивы остается технологически нейтральным: цель требований состоит в гарантировании того, что достигнута максимальная безопасность, вместо указания на конкретное устройство или метод создания электронной подписи. В статье 2 содержится определение "усиленной электронной подписи", которая должна соответствовать следующим требованиям: 1) связана однозначно с подписавшим лицом; 2) достаточна для его идентификации; 3) создается с использованием средств, находящихся под единоличным контролем подписавшего лица; 4) связана с данными, к которым она относится, таким способом, что любое последующее изменение этих данных становится очевидным. Для проверки электронной подписи используется "сертификат" ("квалифицированный сертификат"), который представляет собой электронное удостоверение, связывающее электронную подпись с определенным лицом и подтверждающее идентичность этого лица. Рассмотрим, как на практике положения двух Директив воспринимается законодательством стран-членов ЕС, с целью прогнозирования возможности создания унифицированных правил обращения электронных документов в пределах ЕС. ФРГ. В 1997 году вступил в силу Закон о цифровой подписи, который является статьей 3 Закона о регулировании основных условий предоставления информационных и коммуникационных услуг. Этот акт придавал юридическую силу электронным подписям в электронной коммерции. Дополнительные технические требования были закреплены в том же году в Постановлении о цифровой подписи. Данные нормативные акты совместно формировали правовую основу для создания и подтверждения цифровых подписей сертифицирующими органами, которые имеют государственную лицензию. В данное время в Германии происходит процесс регулирования использования криптографии с открытым/закрытым ключом, в процессе чего затрагиваются технические требования к сертифицирующим органам, которые должны полностью соответствовать закону для того, чтобы получить разрешение на осуществление деятельности. Основной упор закона сделан на создании инфраструктуры цифровых подписей, а не на признании юридической силы договоров в электронном формате. Франция. В 2000 г. во Франции был принят закон, вносящий изменения в главу VI Гражданского кодекса, которая главным образом касалась формы и доказательственной силы договоров. Основной упор сделанных изменений направлен на создание общих правил, позволяющих уравнять юридическую силу электронных документов и подписей с собственноручной формой во всех сферах правоотоношений. Статья 1316 Гражданского кодекса теперь признает в качестве доказательств буквы и цифры или любой другой знак или символ, значение которого может быть легко уяснено, вне зависимости от способа создания и передачи. Для большей определенности статья 1316-1 определяет условия допустимости доказательств в электронной форме: можно с достаточной долей уверенности определить лицо, от которого исходят данные, и способ их создания гарантирует целостность. Соблюдение принципа функциональной эквивалентности намного более либеральное, чем в законодательстве Германии, где признается юридическая сила только определенного вида электронной подписи. Статья 1316-2 указывает, что в случае возникновения расхождений между электронной и бумажной копией, суд определяет, какая из них имеет большую доказательственную силу, основываясь на тщательном изучении всех обстоятельств и на непредвзятом отношении к используемому носителю. Данная глава ГК гарантирует, что электронные документы имеют юридическую силу и возможна оценка их надежности судом без обращения к технологической природе самого документа и связанной с ним электронной подписи. Великобритания. Реализация упомянутых выше Директив ЕС началась с Закона об электронных средствах коммуникации, который получил королевскую санкцию 25 мая 2000 г. Этот закон предлагает расширить рамки законодательного признания электронных подписей, которые соответствуют определенным общим критериям и критерию функциональной эквивалентности. Акт не вводит обязательной сертификации подписей. Кроме того, упрощен механизм сертификации: конкретная электронная подпись признается сертифицированной, если любое лицо (независимо, до или после передачи информации), подтвердит, что подпись, механизм ее создания передачи или подтверждения является достаточным средством для проверки аутентичности и целостности информации. Соответственно, должна быть предусмотрена ответственность авторизовавшего лица за возможные неблагоприятные последствия. Хотя Акт, в силу специфики правовой системы, очень подробно регулирует вопросы предмета, он обходит вниманием ряд проблем. Он прежде всего был предназначен для гарантии того, что документы, подписанные электронной подписью, будут приниматься в суде. Все остальное сам Акт статьей 8 относит к компетенции Кабинета министров. Статьи на тему электронной подписи >>>